Шахтерка Кривбаса: мы выживаем, не задумываясь о женственности




О том, как это - работать на «мужских» работах, и чем приходится жертвовать, пишет активистка ОО «Соцiальний рух», шахтерка из Кривого Рога Алла Латнер.

В Украине треть занятых на вредных производствах – женщины, на стройках их около четверти. После отмены списка «неженских» профессий это число с большой вероятностью возрастет, поскольку сейчас многие работают нелегально. Украинки также составляют большую часть трудовых мигрантов, являются основой зачастую физически тяжелой сферы обслуживания, занимают должности, где уровень ответственности непропорционально высок по отношению к копеечной зарплате.

Эта украинская реальность резко контрастирует с образом прекрасной музы и нежной хранительницы домашнего очага, к котором “нужно” стремиться. Для большинства наших женщин слабость является непозволительной роскошью. И чтобы выжить, а особенно вырастить детей, нужно вгрызаться зубами – спускаться под землю, поднимать тяжести, уезжать за тысячи километров. Разделить эту ответственность с мужчиной, даже при большом желании, получается далеко не у всех.

Мне пришлось задуматься, что же такое женственность, как она выглядит в разных городах и точках мира. У нас, в большом промышленном городе, женщины работают в тяжелых и вредных условиях и для нас это нормально, выбор невелик. Так вот мы искренне удивляемся, когда для других людей это необычно.

В очередной раз надевая рабочую куртку я почувствовала тяжесть в левом кармане – небольшая металлическая отвертка из детского конструктора, подаренного папой, всегда со мной. Она нужна для того, чтобы открыть самоспасатель. В случае аварии с его помощью я смогу дышать: при ходьбе 30 минут, а при отсидке около часа. Так вот не всем удается его открыть, находили погибших шахтеров от газа с оторванными ногтями и вывернутыми зубами, так и не открывших самоспасатель.

Работая в таких условиях мы привыкаем к страху, как у нас говорят: «В шахте нет женщин – есть шахтерки». Нам нужно быстро и логично продумывать ситуацию – «по-мужски» рационально, так как от этого зависит не только твоя жизнь, но жизнь и других людей. Мы плачем и молимся Богу, когда узнаем, что присыпало шахтера, в надежде что, его откопают живым. После этого мы дружно курим и поносим матом и дирекцию,и хозяев и государство, которые создали такие условия для выживания. Мы по-мужски каменеем от горя, когда вывозим наших мертвых мужчин. И с годами мы к этому так привыкаем, что когда приходят молоденькие девочки на работу, мы поражаемся их бестолковости, забывая, что были такими же.

И хорошо, если дома рядом с тобой любимый мужчина, который может дать почувствовать себя женщиной. А если нет, если пьет или вообще мать одиночка? Мы пытаемся выжить уже не задумываясь о женственности, потому что просто хочется выжить. А если начинаешь думать, то нужно что-то менять, потому что психика долго не выдерживает. Приспосабливаясь к мужской жизни мы успокаиваем себя здоровьем семьи и близких, редкими поездками на море, хорошим урожаем на огороде. Мечты и фантазии спрятаны на дне подсознания, чтобы не будоражили спокойствие души, ведь тогда действительно нужно что-то менять в жизни: работу, мужа, сознание и т.д.

Редко кто на такое решается, потому что нет возможности. Вот и выходит – чтобы выжить, нужно чем-то пожертвовать, а женственность по сравнению со здоровьем родных – это такая блажь, можно и потерпеть без нее. А так жаль. Хочется жить, а не выживать. Хоть и шахтерка, но все-таки женщина.



На фотографии. Шахтный самоспасатель ШСС-1У.

Алла Латнер,
«Соціальний рух»

Источник