Нурул Ашикин Шамсури. Как женщинам Малайзии удается отстаивать свои права

Когда Нурул Ашикин Шамсури, обладательница награды Communication for Future Davos Award 2015, пришла в политику Малайзии, она начала бороться за расширение прав и свобод местных женщин посредством образования.

Нурул Ашикин Шамсури — директор Lubri Oil Corporation (M) Sdn Bhd (компания-производитель автомобильных, промышленных и судовых смазочных материалов). Работала в Греции, Китае, а также в ряде стран Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока. Активно участвует в политической деятельности Малайзии, управляет коммуникациями женского крыла правящей партии Малайзии — Wanita UMNO Malaysia, борется за расширение прав местных женщин и их участие в различных сферах управления и бизнеса в самой стране и на международном уровне.

В 2015 году Нурул Ашикин Шамсури получила награду Communication for Future Davos Award в рамках Международного коммуникационного форума в Давосе. Delo UA она рассказала о том, как борется за расширение прав и свобод малайзийских женщин, почему женщинам арабских стран тяжелее дается такая борьба, и почему образование — самое главное для процветания общества и успешной борьбы за женские права в любой, даже традиционно патриархальной стране.

Вы получили награду Communication for Future Davos Award 2015 в номинации "Relations of the Future". Расскажите, за что именно?

Меня наградили за работу в направлениях "репутационный менеджмент", "антикризисное управление" и "корпоративная социальная ответственность". Я программный директор коммуникационного бюро Wanita UMNO Malaysia, женского крыла правящей партии нашей страны. Сама партия разделена на три части: центральную, партию молодежи, и женскую. Когда я пришла работать в женское крыло, моей целью стала глобализация голоса малайзийских женщин. В большинстве своем малайзийские женщины очень скромные, а мне хотелось, чтобы их голос звучал громче. С началом своей работы я сразу заявила о намерении провести ребрендинг женского партийного крыла, дать женщинам возможность быть более смелыми, узнать пользу и силу социальных медиа. Например, в прошедшие несколько недель мы проводили специальные мероприятия — пригласили 400 женщин со всей страны, чтобы просто показать им на практике силу социальных медиа, как они работают в сфере политики, и даже в ведении онлайн бизнеса. Мы обучали участниц, как начать бизнес, если сидишь дома (ведь многие из них домохозяйки). В политике я занимаюсь именно такими вещами, и награда, в частности, относится к этой деятельности.

Какие инструменты Вы используете для работы по продвижению прав женщин в Малайзии?

Чтобы обеспечить женщинам больше прав и свобод, мы инициируем диалоги и форумы, куда зовем чиновников высокого уровня, чтобы те послушали, чего мы хотим, за что боремся. Мы стремимся к тому, чтобы на высоком уровне в сфере принятия решений было представлено не менее 30% женщин. Каждый год наша политическая партия проводит съезд, и в ходе съезда много говорится именно о женских правах. Мы постоянно поднимаем вопрос об участии женщин в сфере экономического развития и образования. Вот уже пять лет продолжаем работать в этих направлениях.

Съезд очень важен еще и потому, что каждый год на нем присутствуют топ-представители команды, принимающей решения. Они слышат наши требования, и ситуация постепенно меняется. Конечно, в стране есть критики, которые говорят, что должностей нам давать нельзя просто потому, что мы женщины, и наше дело — выходить замуж. Но если посмотреть на квалификацию женщин Малайзии, она не хуже, чем у мужчин. Так почему нельзя дать нам шанс?

Нужно понимать, что Малайзия — мусульманская страна, она очень патриархальна. Малайзийские мужчины хотят быть лидерами. Например, моя бабушка сидела дома и даже не могла представить, что может говорить со сцены или работать. Сейчас мы меняем эти традиции, и правительство начало к нам прислушиваться, иначе может оказаться в беде. Дело в том, что в течение многих лет женское крыло партии — самое сильное и поддержка женщин в адрес правящей партии никогда не ослабевала. А если они поддерживают правительство, почему бы правительству не дать им больше права голоса или должностей. Сейчас женское крыло включает 1,7 млн человек, целиком поддерживающих партию. Взамен они хотят быть услышанными и признанными.

Бороться за права женщин в мусульманской стране, должно быть, достаточно трудно по причине ряда традиционных особенностей.

Конечно, это не происходит в один день. Борьба идет постоянно. Малайзия управляется двумя законами: гражданский закон существует для каждого, а для мусульман существует еще и религиозный закон. В его рамках женщины обладают установленной позицией, в его рамках существуют традиции, но также и предубеждения. Традиционно предполагается, что место женщины — на кухне. Потому случается, что люди могут возмутиться: "Что ты делаешь на сцене, почему говоришь с нами?".

Этап развития борьбы за женские права и свободы в рамках женского крыла правящей партии начался в 80-90 гг прошлого века — сейчас мы просто продолжаем начатую тогда работу. Например, моя мать была до меня главой коммуникационного отдела женского партийного крыла. В свое время она тоже боролась за 30% представительства женщин во власти. Я продолжаю то, что делала она. Ведь если мы этого не сделаем, кто сделает?

Что отличает Малайзию от мусульманских стран, где женщины терпят жесткое ограничение прав и свобод? Почему в Малайзии женщины могут бороться, а в некоторых других мусульманских странах это трудней?

Я бы сказала, дело в образовании, а точнее — в равном к нему доступе. На мой взгляд, мусульманские женщины Малайзии не будут чувствовать себя комфортно, например, в Саудовской Аравии. Учитывая все ограничения и правила, мы бы начали противодействовать. Хотите увидеть, как малайзийские женщины сходят с ума, отошлите их в подобную жесткую страну. Все дело именно во всеобщем доступном образовании без ограничений. Сейчас в Малайзии 70% студентов университетов — девушки. Однажды они станут качественной рабочей силой, кроме того — они голосуют. Они образованы, они талантливы. Когда я училась в университете, первую тройку самых успешных студентов составляли тоже девушки. И вы скажете, они не могут получить посты или рабочие места, когда заслуживают этого, только потому, что они девушки? В нашей стране — 20 государственных университетов, образование очень дешевое, а иногда практически бесплатное. Потому мы умные. А поскольку мы умные, у нас есть голоса. С другой стороны, мужчины в Малайзии не похожи на мужчин, например, арабских стран. Они не настолько склонны к доминированию, контролю, или автократии. Они способны сесть и выслушать. Ведь, в конце концов, все начинается внутри семьи, когда отец проявляет готовность слушать своих дочерей. У политических лидеров тоже есть дочери, которых они слушают. Потому, отношение местных мужчин также помогает женщинам Малайзии прогрессировать.

Видимо, оттого в наиболее жестких патриархальных режимах первое, что делают мужчины — запрещают женщинам учиться.

Я была в Саудовской Аравии дважды и знаю, что до недавнего времени местным женщинам разрешалось получать только две профессии — профессию учителя и медсестры. Им также запрещается водить машину. С моей точки зрения, это очень печально. Печально, потому что местные граждане связывают это с религией, с их точки зрения ислам подавляет женщин. Но ведь это неправда. Проблема не в религии, проблема в культуре. Мы, жители Малайзии, очень религиозные мусульмане. Посмотрите, как выглядят наши мусульманские женщины — все они носят платки. Но вместе с тем эти женщины очень сильные. Им нельзя сказать "заткнись". Попробуйте сказать моей матери "заткнись", и она будет разговаривать часа два. Малайзийцы — своеобразный гибрид между образованностью, свободами и традициями. Мы храним традиции, религию, соблюдаем правила, но в то же время мы хотим быть услышанными, хотим получить все то, за что борется каждый человек — равенство и право голоса.

Как в вашей стране женщины сохраняют баланс между политической жизнью, семьей, детьми и бизнесом?

Многие женщины находятся в трудной ситуации — они одновременно матери, жены, работающие женщины, влиятельные фигуры, и баланс между этими ролями зависит от них самих. Например, моя мать очень занята, потому пользуется помощью домашних работников. Очень важно — иметь возможность нанимать недорогих домашних помощников. Большинство наших работающих женщин пользуются услугами домработниц. Но в то же время они всегда и везде берут с собой детей. Если женщина знает, что не может проводить дома достаточное количество времени, она берет с собой детей, когда идет по делам. И даже в рабочих организациях обычно созданы специальные комнаты, где можно оставить детей, — своего рода детские сады.

По большому счету, это зависит от государства. Ведь кто-то на законодательном уровне позаботился о том, чтобы организации были обязаны создавать такие места для детей.

Это было сделано поколение назад, когда женщины начали выходить на работу. Сейчас в большинстве семей (где-то в 80-85%), работают и мужчины, и женщины, чтобы обеспечить хорошую жизнь для своих детей. Из десятка известных мне женщин только одна — домохозяйка, все остальные работают. Поскольку правительство видит такую тенденцию, ему приходится приспосабливать к ней некоторые законодательные нормы. Таким образом, появляется гибкость. Например, иногда у женщин длиннее обеденный перерыв, чем у мужчин, потому что им нужно съездить домой и пообедать с детьми, или забрать их из школы. Необходимые правила давно введены на законодательном уровне. А заслуга эта принадлежит женскому партийному крылу.

Наша партия (UMNO) управляет страной уже длительное время. Некоторые говорят, что это недемократично. Но мы сами продолжаем за нее голосовать. А ее сильное женское крыло каждый год во время съезда поднимает настоящий шум. Женщины выдвигают предложения, спорят, и правительству приходится прислушиваться к тому, чего они хотят. Если их не слышат, женщины провоцируют, вступают в дискуссии, и даже бойкотируют, тогда возникают возможности и выбор. С моей точки зрения, если хотите изменений, нужно объединить голоса женщин в единый голос и просить то, что нужно, всем вместе. Пусть эта борьба займет годы. В конце концов, вы все равно достигнете того, к чему стремитесь.

Думаете, в арабских странах женщины смогут достичь того же, пусть со временем?

У них очень экстремальная культура. Даже мне, мусульманке, которая знает правила и исламский закон, было не очень комфортно находиться в жестких арабских странах длительное время. Культура в этих странах кардинально отличается от нашей. Малайзийские люди — очень мягкие. Они не склонны к экстриму и конфронтации. Все-таки все уходит корнями в культуру. В вопросах культуры мы умеем приспосабливаться. В вопросе борьбы женщин за свои права помогает тот факт, что наши мужчины не настолько экстремально настроены, не настолько авторитарны и требовательны.

Посмотрите, что произошло с Малалой Юсуфзай. В нее стреляли только потому, что она стремилась к образованию. Но ведь образование — базовая вещь. И я говорю девушкам в моей стране: посмотрите, в девушку стреляли только потому, что она хотела образования, а у вас все это здесь есть, бесплатно. Вам необходимо сделать только одно — учиться еще лучше. В конце концов, Малайзию создало именно образование. Когда мы получили независимость 57 лет назад, у нас не было ничего. У нас не было ресурсов, в то время мы даже не знали, что у нас есть нефть. Ее мы обнаружили в 70-е гг. Мы были крайне бедны. Но в то время правительство решило реформировать, в первую очередь, образовательную систему. Оно послало большое количество умных людей (мужчин и женщин) за границу — в Европу, Великобританию и Японию — чтобы потом эти люди вернулись и стали ключевым ресурсом страны. За это образование платило само правительство, гражданам оно ничего не стоило.

Премьер-министр Махатхир Мохамад — потрясающий человек. Он сделал Малайзию тем, чем она есть сейчас. Остальные просто продолжают его дело. Он пережил Вторую мировую войну, японскую оккупацию, он видел, как британцы относятся к нам в качестве своей колонии. И он стремился дать образованию больше возможностей, свободы, ведь прекрасно знал, что происходит со страной, если люди необразованны. Когда я пришла в политику, тоже начала делать именно это — бороться за расширение прав и свобод женщин посредством образования, потому что не вижу иного пути. Образование — универсальная валюта. Все остальное можно потерять, но ум останется. Трижды в неделю я преподаю право в университете, и я продолжаю говорить своим студентам: все остальное не имеет значения, имеет значение только образование. С моей точки зрения это наиболее важно.

При подготовке материала была использована статья Екатерины Федоришиной «Другой ислам: как женщинам Малайзии удается отстаивать свои права»